Смертельная жара в Триасе "выжгла" фауну после Пермского вымирания
18 октября 2012 года

Смертельно высокая температура - от 50 до 60 градусов Цельсия на суше и 40 градусов в океанах - была причиной крайне медленного восстановления флоры и фауны в первые пять миллионов лет с момента начала Триасового периода, заявляют палеонтологи в статье, опубликованной в журнале Science.

Ученые выделяют в истории жизни на Земле пять крупнейших массовых вымираний видов. Наиболее значительным считается великое Пермское вымирание, когда исчезло более 95% всех живых существ, населявших планету. По современным представлениям, на восстановление жизни в морях и на суше ушло от 5 до 30 миллионов лет.

"КОСТЯНОЙ" ГРАДУСНИК

Группа палеонтологов под руководством Ядуна Суня (Yadong Sun) из университета города Лидс (Великобритания) пыталась выявить причины столь долгого возрождения флоры и фауны Земли после катастрофы, произошедшей 252 миллиона лет назад.

Сунь и его коллеги попытались восстановить климат древней Земли в ту эпоху, проанализировав химический и изотопный состав 15 тысяч зубов конодонтов (Conodonta) - примитивных угреобразных существ, обитавших во всех морях Пермского и Триасового периода.

Как объясняют ученые, минерализованные ткани зубов преимущественно состоят из кальция, фосфора и кислорода, атомы которых представители морской фауны извлекают из окружающей их воды. Доли некоторых изотопов этих элементов в зубах, в частности легкого кислорода-16 и тяжелого кислорода-18, зависит от температуры воды, в которой рос древний обитатель моря. Такая закономерность позволяет определить условия в водах давно исчезнувших морей и океанов по изотопному составу окаменелостей.

Авторы статьи изучили изотопный состав останков конодонтов, извлеченных из пермских и триасовых отложений в южнокитайском автономном округе Гуанси, и вычислили среднюю температуру двух верхних слоев воды для экваториальных и тропических частей океанов Тетис и Панталассы, в которых они обитали.

Сунь и его коллеги были поражены - средняя температура вод на экваторе и в тропических широтах в конце Пермского - начале Триасового периода превышала 40 градусов. Такие значения не только на 10-15 градусов выше, чем современные температуры Мирового океана, но и очень близки к смертельно опасным значениям для морской флоры и фауны.

ПЛАНЕТА-ПЕКЛО

Исследователи использовали полученные значения температур океанов для моделирования условий на суше. Выяснилось, что континентальный климат был еще хуже - в экваториальных и тропических широтах, где находилась весомая часть раскалывающейся Пангеи, царила жара в 50-60 градусов. Подобные условия сохранялись на Земле в течение последующих пяти миллионов лет, после чего температура снизилась до нормальных значений.

По словам ученых, Земля в это время представляла собой "чужую" планету. Единственными живыми обитателями экватора и тропиков были различные виды кустарников и небольших травянистых растений, так как деревья и животные не могли пережить такую жару. В омывающих их океанах практически отсутствовала флора и фауна - перегретые воды Тетиса и Панталассы содержали мало кислорода и были плохо приспособлены для фотосинтезирующего планктона. Единственными жителями этой мертвой зоны были моллюски с крайне медленным обменом веществ.

Авторы статьи предполагают, что причиной и спусковым механизмом этой жары была остановка круговорота СО2 в природе, возникшая после излияний магмы на территории современной Восточной Сибири. Повышение доли СО2 в атмосфере привело к вымиранию многих видов растительности, что резко уменьшило способность биосферы к фиксации углекислоты в растительных остатках. В результате этого концентрация СО2 в атмосфере быстро росла, что и спровоцировало рост экваториальных температур до рекордных 60 градусов.

"Никто и не смел говорить о том, что климат в прошлом мог быть настолько жарким. Мы надеемся, что современное глобальное потепление не достигнет этого рекорда, однако если это все же произойдет, на восстановление климата уйдет несколько миллионов лет", - заключает один из авторов статьи, Пол Уигнолл (Paul Wignall) из университета Лидса.

Смертельная жара в Триасе "выжгла" фауну после Пермского вымирания
18 октября 2012 года

Смертельно высокая температура - от 50 до 60 градусов Цельсия на суше и 40 градусов в океанах - была причиной крайне медленного восстановления флоры и фауны в первые пять миллионов лет с момента начала Триасового периода, заявляют палеонтологи в статье, опубликованной в журнале Science.

Ученые выделяют в истории жизни на Земле пять крупнейших массовых вымираний видов. Наиболее значительным считается великое Пермское вымирание, когда исчезло более 95% всех живых существ, населявших планету. По современным представлениям, на восстановление жизни в морях и на суше ушло от 5 до 30 миллионов лет.

"КОСТЯНОЙ" ГРАДУСНИК

Группа палеонтологов под руководством Ядуна Суня (Yadong Sun) из университета города Лидс (Великобритания) пыталась выявить причины столь долгого возрождения флоры и фауны Земли после катастрофы, произошедшей 252 миллиона лет назад.

Сунь и его коллеги попытались восстановить климат древней Земли в ту эпоху, проанализировав химический и изотопный состав 15 тысяч зубов конодонтов (Conodonta) - примитивных угреобразных существ, обитавших во всех морях Пермского и Триасового периода.

Как объясняют ученые, минерализованные ткани зубов преимущественно состоят из кальция, фосфора и кислорода, атомы которых представители морской фауны извлекают из окружающей их воды. Доли некоторых изотопов этих элементов в зубах, в частности легкого кислорода-16 и тяжелого кислорода-18, зависит от температуры воды, в которой рос древний обитатель моря. Такая закономерность позволяет определить условия в водах давно исчезнувших морей и океанов по изотопному составу окаменелостей.

Авторы статьи изучили изотопный состав останков конодонтов, извлеченных из пермских и триасовых отложений в южнокитайском автономном округе Гуанси, и вычислили среднюю температуру двух верхних слоев воды для экваториальных и тропических частей океанов Тетис и Панталассы, в которых они обитали.

Сунь и его коллеги были поражены - средняя температура вод на экваторе и в тропических широтах в конце Пермского - начале Триасового периода превышала 40 градусов. Такие значения не только на 10-15 градусов выше, чем современные температуры Мирового океана, но и очень близки к смертельно опасным значениям для морской флоры и фауны.

ПЛАНЕТА-ПЕКЛО

Исследователи использовали полученные значения температур океанов для моделирования условий на суше. Выяснилось, что континентальный климат был еще хуже - в экваториальных и тропических широтах, где находилась весомая часть раскалывающейся Пангеи, царила жара в 50-60 градусов. Подобные условия сохранялись на Земле в течение последующих пяти миллионов лет, после чего температура снизилась до нормальных значений.

По словам ученых, Земля в это время представляла собой "чужую" планету. Единственными живыми обитателями экватора и тропиков были различные виды кустарников и небольших травянистых растений, так как деревья и животные не могли пережить такую жару. В омывающих их океанах практически отсутствовала флора и фауна - перегретые воды Тетиса и Панталассы содержали мало кислорода и были плохо приспособлены для фотосинтезирующего планктона. Единственными жителями этой мертвой зоны были моллюски с крайне медленным обменом веществ.

Авторы статьи предполагают, что причиной и спусковым механизмом этой жары была остановка круговорота СО2 в природе, возникшая после излияний магмы на территории современной Восточной Сибири. Повышение доли СО2 в атмосфере привело к вымиранию многих видов растительности, что резко уменьшило способность биосферы к фиксации углекислоты в растительных остатках. В результате этого концентрация СО2 в атмосфере быстро росла, что и спровоцировало рост экваториальных температур до рекордных 60 градусов.

"Никто и не смел говорить о том, что климат в прошлом мог быть настолько жарким. Мы надеемся, что современное глобальное потепление не достигнет этого рекорда, однако если это все же произойдет, на восстановление климата уйдет несколько миллионов лет", - заключает один из авторов статьи, Пол Уигнолл (Paul Wignall) из университета Лидса.